Головна / Алиев Б. Роль переводчика в полиграфной проверке

Алиев Б. Роль переводчика в полиграфной проверке

Алиев Б. Роль переводчика в полиграфной проверке // Актуальні питання теорії та практики використання поліграфа : збірка статей / за заг. ред. В. О. Шаповалова. — К. : Освіта України, 2015. — 220 с. — (Серія: Бібліотека Колегії поліграфологів України) С 68-79.

Алиев Бахтияр Абдурахман оглы, старший научный сотрудник Института Философии и Права Национальной Академии Наук Азербайджана, канд. юр. наук, доцент. Азербайджанская Республика г. Баку.

Как нам известно, реализация перевода является психологически сложной деятельностью, характеризует работу переводчика как ложный процесс мышления и реализации мысли на двух языках, происходящий при выполнении им своих обязанностей. Перевод следует рассматривать как средство обеспечения общения между людьми в случаях, если они не владеют одним и в равной степени доступным для них языком. Это обеспечение является основной целью и задачей, стоящей перед переводом и деятельностью лиц, его осуществляющих.

Ведя разговор о точности, максимальности в переводе, специалисты часто сопоставляют, вернее, сравнивают буквальный перевод с вольным (смысловым), их отношение к языкам, участвующим в переводе.

На полиграфных исследованиях лицо, производящее исследование, компетентно оценить осуществленный перевод. Только этот специалист может сказать, насколько перевод полноценен. Переводчик же может лишь заявить о точности осуществленного им перевода. Полноценность перевода — важный принцип теории перевода. Он имеет ряд существенных черт, позволяющих оценивать перевод в целом.

Важно заметить, что требование полноценности предъявляется ко всем видам перевода, осуществляемым в различных отраслях знаний и социальной жизнедеятельности, в том числе и в полиграфной проверке (ПП). Естественно, напрашивается вопрос: какой перевод для ПП следует признать полноценным или точным и чем это определяется? Российский ученый Л. Н. Соболев предусматривает три фактора, влияющих на точность перевода:

1) цель перевода;
2) характер переводимого материала;
3) субъект, которому перевод предназначается.

Думается, что факторы, указанные Л. Н. Соболевым для определения «меры точности» перевода, неравноценны. В частности, вызывает сомнение третий пункт, так как во всех стадиях ПП перевод любых тестов производится одинаково, независимо от лиц, для которых он осуществляется. И действительно, процессуальное положение, национальность, профессия, образование, пол, возраст и т. д. лиц, которые будут знакомиться с переведенными текстами, не влияют на их содержание. Сущность перевода не изменяется также и от того, что в комнате возможно присутствие граждан. Переводчик принимает во внимание личность, ее особенности в той степени, в какой они отразились в переводимом тексте, составе речи (например, при опросе несовершеннолетних учитывается возраст, образование и т. д.).

Процесс перевода для сохранения и передачи мыслей оригинала должен пройти и проходит ряд стадий, которые заключаются в восприятии, осмыслении слов на одном языке и воспроизведении полученного результата уже на другом. Точный перевод находится в строгой зависимости от правильного восприятия материала, подлежащего передаче средствами другого языка. Для верного истолкования оригинала переводчик обязан не сглаживать недостатки первоисточника, не приукрашивать сам перевод.

С учетом сказанного представляется, что для определения меры точности перевода следовало бы иметь в виду:

а) цель перевода;
б) особенности переводимого текста;
в) правдивость и объективность перевода.
Совокупность этих признаков и позволит наметить тот предел точности, который требуется во всех видах перевода.

Чтобы перевод сделать точным и объективным, т. е. чтобы он мог быть определен как полноценный, необходимо решать и языковые проблемы, которые заключаются в доступности, чистоте речи, подборе языковых средств, словоупотреблении, сохранении вспомогательных средств речи.

Оперируя двумя языками, переводчик решает и вопросы сохранения вспомогательных средств речи: интонации, наклонения. По сути дела, ими определяется характер речевого воздействия на участников ПП. В интонации проявляются самые тонкие и сложные оттенки эмоций, в ней обнаруживается и состояние говорящего: утомление, возбужденность, уверенность или неуверенность в себе и т. п. Все это не может не отразиться на интонации речи, которая существенно влияет на возможность добиться той цели воздействия, к которой стремится опрашивающий в ПП. Интонация как бы является зеркалом поведения, отражает отношение к сообщаемому факту. Следовательно, несовпадение интонации с теми психологическими переживаниями, которые должны были бы проявляться, например, у опрашиваемого при даче показаний о тех или иных обстоятельствах, наводит на мысль об их личности.

Перевод, исходя из особенностей оригинала и обстановки, где он осуществляется, а также задач, поставленных перед ним, представляет различные формы и виды. Как и переводимый материал, он имеет формы:

а) устную;
б) письменную.

Устный перевод осуществляется в двух вариантах — синхронном и последовательном, каждый из которых является двусторонним действием.

В настоящее время двусторонний перевод широко используется при проведении различных встреч, переговоров, бесед, а в судопроизводстве — при допросе свидетелей, потерпевшего и других участников процесса, не владеющих языком судопроизводства; в выступлениях участников процесса с заявлениями, ходатайствами и т. п.; при проведении экспериментов, осмотров, обысков.

Синхронный перевод — это не только совпадение по времени речи переводчика с речью выступающего, но и своеобразие условий работы, неизбежно связанных с использованием технических средств и постоянным интеллектуальным напряжением и сосредоточенностью переводчика.

Для осуществления полноценного синхронного перевода немаловажным фактором является правильное определение места расположения переводчика в процессе выполнения им своей функции. Первым долгом он должен выбрать выгодную позицию для восприятия на слух подлинника, о чем сообщить опрашиваемому на ПП. Как правило, переводчик выбирает место (в чем автор убедился и из своей собственной практики во время экспериментов, проводимых в Институте Философии, Социологии и Права НАНА) между переговаривающимися сторонами.

В переводческой практике выработаны семнадцать «правил» устного перевода (как при синхронном, так и при последовательном переводе), отличающихся от письменного. Анализ показывает, что они не все приемлемы при осуществлении перевода в ПП, в силу чего остановимся на некоторых из них, вполне отвечающих требованиям устного перевода и в ПП:

1) самый плохой перевод — лучше отсутствия перевода;
2) переводчик должен всегда иметь громкий уверенный голос, четкую реакцию, самоисправления в явном виде не допускаются;
3) начатое высказывание необходимо непременно закончить;
4) «эканье», «мэканье» и т. п. недопустимо;
5) переводчик переводит только то, в чем он полностью уверен (т. е. что он уверенно понял и может, соответственно, хорошо выразить на другом языке). Все остальное он либо опускает, либо заменяет. А вот в ПФО такие пропуски и замены чреваты последствиями, поэтому переводчику дано право переспросить, уточнить то, что он не понял, чтобы осуществить объективный перевод;
6) в переводе непременно должна ощущаться логическая связь предыдущего с последующим. С этим правилом в ПП также следует обращаться поосторожнее. Переводчик по своему усмотрению не может на бессвязную речь опрашиваемого надевать оболочку логики. Здесь приукрашивание недопустимо;
7) по длине перевод и оригинал (почти) совпадают;
8) в переводе надо употреблять только устойчивые словосочетания и т. д.

Полиграфологи должны помнить, что устный переводчик более, чем письменный, психологически настроен на сравнительно вольное обращение с переводимым текстом.

Следует отметить, что наряду с устным переводом в ПФО параллельно широко используется и письменный. Он применяется как перевод отдельных тестов, так и материалов дела в целом.

Письменный перевод, являясь документом, фиксирующим содержание переводимого материала, позволяет в любое время проверить объективность и полноту перевода, что иногда затруднено при устном переводе.

Переводчик не должен стремиться угадывать, как эту мысль мог выразить допрашиваемый, если бы он владел языком судопроизводства. Его задача состоит в другом — передать наиболее близкое к подлиннику содержание фактически сказанного. Вместе с тем нельзя стремиться при этом к буквальному переводу.

Чтобы показать особенности перевода в ПП, его целесообразно сравнивать с художественным переводом. Тем более что в ПП приходится переводить не только тексты, относящиеся к различным отраслям знаний, но и тексты бесед, различных вопросников.

Следует отметить, что условия для осуществления перевода в ПП специфичны и резко отличаются от имеющихся в других сферах деятельности. Перевод протекает в официальной, часто в психологически напряженной обстановке. Переводчику иногда приходится работать с людьми, перенесшими тяжелые физические или душевные травмы, находящимися в сложном психическом состоянии. Иногда местом работы являются лечебные заведения, места совершения преступлений и т. д. Но от переводчика всегда, при любых условиях требуется быстрая реакция и постоянное переключение мышления с одного языка на другой.

Существуют определенные признаки, отличающие условия осуществления переводов: 1) возможность самостоятельного выбора текста; 2) время для осуществления перевода; 3) наличие квалифицированных кадров переводчиков и возможность осуществления контроля за их деятельностью. Рассмотрим более детально и проведем возможное сравнение этих признаков.

Переводчик, осуществляющий художественный перевод, сам заранее намечает или соглашается с рекомендацией перевести какое-то определенное произведение, имеет реальную возможность заблаговременно и детально ознакомиться с его содержанием. Взвесив свои знания в области языка оригинала, переводчик берется за дело или отказывается от него.

Что касается этих действий в области ПП, то для переводчика они зачастую являются неожиданностью. Специалист не может заблаговременно ознакомиться с содержанием тех или иных процессуальных документов и получает такую возможность только после своего назначения переводчиком. Ему приходится переводить разные по характеру материалы, иногда иметь дело с обилием терминов, встречаемых впервые.

В ПП очень часто встречаются тексты, насыщенные лексическими средствами, лежащими за пределами литературного языка, малоупотребляемые и малоизвестные большинству населения, ограниченные рамками какой-либо узкой сферы. Естественно поэтому, что когда участник уголовного процесса обращается к жизни общественного «дна» — преступного мира, — речь его начинает изобиловать арготическими (жаргонными) словами и выражениями, что сразу ставит трудную задачу перед переводчиком. Лицам, сталкивающимся с необходимостью перевода в правоохранительных органах, следует иметь в виду, что арго представляет собой весьма своеобразную лексическую систему, которая, беря за основу лексику общенародного языка, а также диалектную, изменяет ее почти до неузнаваемости путем интенсивного использования всего арсенала словообразовательных средств языка. Более того, арго широко пользуется иностранными заимствованиями и при этом, как правило, такими, которые неизвестны литературному языку.

Следует также разобраться с ошибками переводчика, связанными с переводом мимики и жестикуляции5 участников ПП. Часто переводчики вообще упускают перевод мимики и жестов, рассчитывая на то, что опрашиваемый также видит их и может сам прийти к соответствующим выводам. Однако переводчик забывает, что мимика и жесты становятся понятыми в совокупности с речью. В то же время иногда каждый жест или мимика в отдельности может означать самостоятельную мысль. Например, при опросе лицо говорит, что его соучастник издалека жестом приказал убить того-то, т. е. ребром руки провел по горлу или имитировал удар молотком по голове. Об этом опрашиваемый может рассказать своими словами или же имитировать их, как запомнил, а от переводчика требуется четкий перевод содержания данного эпизода.

Как нам известно, при проведении полиграфных исследований, с участием лиц, не владеющих языком, на котором ведется ПП, необходимо участие переводчика. Он — один из тех, кто и обеспечивает необходимые условия для установления объективной истины по делу.

Таким образом, сопоставительный анализ позволяет выделить следующие обобщенные признаки переводчика:
1) владение языками, с которых и на которые идет перевод;
2) незаинтересованность в исходе дела;
3) назначение лицом, производящим ПП;
4) вступление в дело, в случае если кто-либо из участников не владеет языком судопроизводства;
5) компетентность;
6) несовместимость функции перевода с другими функциями в судопроизводстве.
Кроме того, из общих правил о процессуальной и общеправовой дееспособности вытекает и такой признак, как:
7) достижение лицом определенного возраста6.

Подготовка переводчика к осуществлению его функций. После назначения лица переводчиком необходимо подготовить его к исполнению своей функции в ПФО. В литературе этот вопрос почти не рассматривается. Между тем представляется, что во избежание излишних замен и для своевременного предупреждения или устранения нарушений, которые могут быть допущены переводчиком, необходимо подготовить его к исполнению своих обязанностей и реализации правомочий в ПП. Здесь необходимо провести параллели участия переводчика в уголовном судопроизводстве, так как пока нет правовых регламентаций участия переводчика в ПП. Для этого, так же как в уголовном судопроизводстве, в ПП надо разъяснить переводчику, что: переводчик обязан осуществлять предусмотренную законом деятельность (устный перевод по ходу следственного действия и перевод следственных и судебных документов, в ПП перевод вопросов теста и бесед);

он не вправе выполнять никаких поручений со стороны потерпевшего, обвиняемого и других участников процесса, минуя органы расследования и суда7, в нашем случае полиграфолога;

недопустимо разглашение данных предварительного расследования без разрешения лица, производящего дознание, следователя или прокурора, о чем в необходимых случаях может быть отобрана подписка с предупреждением об ответственности по соответствующей ст. Уголовного Кодекса Азербайджанской Республики или УК Украины8;

переводчик не имеет права высказывать обвиняемому, потерпевшему, свидетелю свое мнение о полноте и правдивости их показаний, а тем более укорять, стыдить их, если, по его мнению, кто-либо дает неправдивые показания. Не переводчик, а лицо, производящее дознание, следователь, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном рассмотрении всех обстоятельств дела в их совокупности, руководствуясь законом и правосознанием. Задача же переводчика — полно и точно переводить показания, чтобы создать условия для такой оценки, независимо от собственного отношения к форме и содержанию того, что говорится9.

Подготовка переводчика к исполнению возложенных на него функций означает, что лицо, производящее дознание, следователь (прокурор) и суд должны разъяснить ему не только его обязанности, но и права10.

Вопрос о психологической подготовке переводчика к участию в ПП. Между тем от его правильного решения во многом зависит успех переводчика в работе на ПП. Нельзя сбрасывать со счетов и вероятность психического воздействия на переводчика наблюдаемых им переживаний обвиняемого, потерпевшего11 и т. п., тем более целенаправленных попыток этих лиц или близких вызвать его сочувствие. В результате не исключается возможность появления у переводчика эмоций, могущих отразиться на объективности перевода; чувства жалости в связи с преклонным возрастом, семейным положением обвиняемого либо, наоборот, ненависти и презрения в связи с жестокостью, проявленной им в момент совершения преступления и т. д. Во избежание этого лицо, производящее ПП, не ограничиваясь формальным ознакомлением переводчика с содержанием статей УПК АР или УПК Украины о его деятельности, при предъявлении соответствующего документа о назначении в этом качестве должно разъяснить переводчику обязанность подходить к делу не с обвиняющей или оправдывающей точки зрения, а исключительно с позиции порученной ему функции.

При опросе через переводчика лицо, производящее ПФО, обязано объяснить переводчику также, что при неясности поставленных вопросов и ответов опрашиваемого он имеет право переспросить с целью уточнения их содержания. Опрашиваемому следует, в свою очередь, сказать, что переводчик имеет такое право и оно вовсе не является проявлением предвзятости. Вместе с тем следует также разъяснить, что переводчик не вправе по своей инициативе задавать вопросы опрашиваемому, так как в его функции входит лишь перевод вопросов опрашивающего и ответов опрашиваемого. Наконец, в содержание подготовки лица, назначенного переводчиком, в специфике его действий (особенно если в этом качестве оно приглашено впервые) входит, по нашему мнению, и ознакомление со своеобразными психологическими условиями (конфликтные взаимоотношения участников ПП, явная противоречивость их интересов, прессинг времени, опасность попыток давления, завязывание знакомства с заинтересованными лицами и т. д.).

Не менее важной является и проблема осуществления контроля за деятельностью переводчика12, т. е. за соблюдением им требований, полнотой и точностью перевода.

Надо сказать в этой связи, что достоверная оценка добросовестности переводчика представляет достаточно трудную задачу.

Здесь я вспоминаю реплику Николаевой Ирины Николаевны на мой вопрос по поводу участия переводчика в ПП, когда учился в школе полиграфологов в Краснодаре (Кубанский Государственный Технологический Университет). Тогда она сказала так: «Если веришь в переводчика, то можно его пригласить в ПП». Ведь «деятельность переводчика труднее всего поддается контролю и проверке». Более того, некоторые практические работники вообще отрицают возможность контроля (проверки) работы переводчика. Особенно это мнение практиков распространенно применительно к случаям участия в процессе лица, понимающего знаки немого или глухого (глухонемого).

Для проверки правильности перевода, осуществляемого лицом, понимающим знаки немого или глухого, рекомендуется использовать видеомагнитофон.

Заведомо неправильный перевод можно обнаружить и при ознакомлении обвиняемого, потерпевшего, гражданского истца и гражданского ответчика со всеми материалами дела (ст.ст. 220—222 УПК Азербайджанской Республики). Указанные участники процесса, имея достаточно времени для ознакомления со всеми материалами дела, могут обнаружить допущенные искажения в переводе их показаний, документов и т. д.13.

Несомненно, специфика профессии переводчика, особенно в судопроизводстве, требует и всегда будет требовать систематической самостоятельной работы, непрерывного и настойчивого совершенствования им своих знаний, умений и навыков14. Это делает необходимым создание бюро переводов и на их основе проведение профессиональной подготовки и переподготовки переводчиков, совершенствования ими знаний в области юриспруденции15.

В литературе отмечается, что «при выборе переводчика следует обращаться в государственные учреждения, общественные организации, институты, специальные учебные заведения и т. д.» и только в случае невозможности пригласить оттуда соответствующего специалиста можно прибегнуть к услугам частных лиц. Однако перечисление государственных и общественных учреждений и организаций, где можно найти переводчика, не снимает проблему его поиска, так как в каждом случае лицо, производящее ПП, вынуждено именно искать специалиста, отвечающего процессуальным требованиям, хотя бы в названных коллективах. Причем вполне возможно, что там окажутся те, кого можно пригласить в качестве переводчика с учетом обстоятельств конкретного дела. Не случайно в приведенной выше рекомендации предусмотрена возможность прибегнуть к услугам частных лиц. Очевидно, что такой поиск почти наугад может завершиться и приглашением людей, которые фактически не соответствуют предъявляемым к переводчику требованиям.

Практика правоохранительных органов показывает, что и при отсутствии бюро переводов существует реальная возможность избегать приглашения случайных, некомпетентных лиц в качестве переводчика.

Конечно, различие в степени квалификации и таланта лиц, допускаемых к переводу в ПП, устранить невозможно. Но тем, кто этим занимается, необходимо вырабатывать заранее навыки и умение, достаточные для того, чтобы полно и точно переводить применительно к задачам ПП.

Развитие организационных и методических основ перевода в ПП помогло бы предупредить нарушения не только принципа национального языка, но и других демократических принципов.

Таким образом, наилучшая организационная форма и средства совершенствования организационно-методического и научного обеспечения функций переводчика — это бюро переводов по уголовным и гражданским делам, в том числе по ПП. Поддерживая постоянную связь с органами предварительного расследования и суда, это учреждение сможет обеспечить вызов компетентных переводчиков с учетом специфики конкретных дел, даст консультации по спорным вопросам, возникающим при осуществлении перевода в судопроизводстве.

При бюро могут быть организованы курсы, аттестационные комиссии. Для органов расследования и суда они будут вести картотеку лиц, которые по своей компетенции отвечают требованиям, предъявляемым к переводчику в судопроизводстве.

Создание бюро переводов в рамках Международной Ассоциации Полиграфологов, хотя бы в границах СНГ, представляется назревшей потребностью для правосудия, и чем раньше оно будет организовано, тем больше от этого выиграют интересы обеспечения законности и справедливости в судопроизводстве и в ПП.

При наличии таких бюро многие юристы, филологи и переводчики- международники смогли бы оказать содействие судопроизводству и ПП в осуществлении важных задач борьбы с преступностью, обеспечении защиты прав человека, не владеющего языком судопроизводства.

ЛИТЕРАТУРА

Кашкин И. Переводчик как критик и критика перевода. Мастерство перевода : сб. статей. – М., 1959. – С. 141-142.
Дмитренко В. А. Максимальность в переводе // Тетради переводчика. – № 11. – М., 1971. – С. 22-24.
Вопросы теории и методики учебного перевода. – М., 1970. – С. 143.
Культура языка. Вып. III (на азербайджанском языке). – Баку, 1979. – С. 50-58.
Ночевник М. Н. Человеческое общение. – М., 1988. – С. 32.
Р. Д. Рахунов. См.: Рахунов Р. Д. Участники уголовно-процессуальной деятельности. – М., 1961. – С. 268.
Ларин А. М. Расследование по уголовному делу: процессуальные функции. – М., 1986. – С. 61.
Соловьев А. Б., Центров Е. Е. Допрос на предварительном следствии. – М., 1986. – С. 45-53, 64-71;
Ратинов А. Р., Ефимова Н. И. Психология допроса обвиняемого. – М., 1988. – С. 44-51.
Леви А. А., Пичкалева Г. И., Селиванов Н. А. Получение и проверка показаний следователем. – М., 1987. – С. 24.
Рецкер Я. И. О самостоятельной работе начинающего переводчика // Тетради переводчика. – № 15. – М., 1978. – С. 41.